До 1970 г. с радиоактивными отходами, сильно загрязненными плутонием и другими трансурановыми радионуклидами (элементы, атомные числа которых больше, чем у урана), в основном обращались так же, как и с "низкоактивными" отходами, и производили их захоронение на небольших глубинах. В 1970 г. был введен новый класс отходов - трансурановые (ТРУ). Они были определены как отходы, содержащие более чем 10 нанокюри на грамм трансурановых элементов с периодом полураспада более 20 лет (в 1984 г. это значение было увеличено до 100 нанокюри на грамм)1. ТРУ-отходы вызывают серьезные опасения из-за больших периодов полураспада трансурановых элементов, таких как плутоний-239, и их вредного воздействия на здоровье человека. Они были признаны достаточно опасными и должны подлежать захоронению в геологических хранилищах.

Ситуация еще больше осложнилась тем, что до 1970 г. некоторые объекты оружейного комплекса руководствовались своим определением ТРУ-отходов, не совпадающим с определениями ни Комиссии по атомной энергии (КАЭ), ни Министерства энергетики, принятыми позднее. Некоторые объекты проигнорировали нормативы, изданные КАЭ в 1970 г., и продолжали привычную практику захоронения и другого рода утилизацию ТРУ-отходов. Например, в период между 1966 и 1984 г. ТРУ-отходы из Ок-Ридж смешивались с цементом и закачивались в глубинные геологические формации (практика, называемая "гидроразрыв"), что привело к загрязнению грунтовых вод. С некоторыми ТРУ-отходами, которые были отнесены к классу отходов, подлежащих хранению во временных хранилищах, фактически обращались не надлежащим образом, в результате чего теперь они отнесены к категории "захороненных отходов", например, в Ок-Ридже и Саванна-Ривер. Неразбериха в нормативах и практике на местах, а также отсутствие принудительного соблюдения норм значительно осложнили экологическую очистку, поскольку сейчас различные категории ТРУ-отходов перемешаны в местах захоронения.

Кроме этого, данные по объемам, массе и радиоактивности захороненных трансурановых отходов и трансурановых почв варьируют от объекта к объекту и, в целом, неудовлетворительны. До недавнего времени данные Министерства энергетики по радиоактивности отходов ежегодно обобщались в Отчете на основе объединенной базы данных2. Однако данные по ТРУ-отходам необъяснимым образом варьируются от года к году и не согласуются с данными, приводимыми в других документах (подробно на стр. 12). Например, по объекту в Лос-Аламосе существуют две совершенно разные оценки количества плутония в отходах: одна, опубликованная штаб-квартирой Министерства энергетики в отчете "Плутоний: первые 50 лет"3, - 610 кг3, а другая, приводимая в других источниках, - 1375 кг. 4 Объяснение этой огромной разницы в 765 кг (количества, достаточного для производства более 150 единиц ядерного оружия), насколько нам известно, до сих пор не было дано.

У Министерства энергетики нет стандартного метода для сбора и учета данных по ТРУ-отходам. Кроме того, оно не в состоянии предоставить какого-либо разумного объяснения этим расхождениям. Отчет IEER продемонстрировал, что данные Министерства энергетики по ТРУ-отходам безнадежно дефектны и противоречивы по всем объектам, за исключением Национальной лаборатории в Айдахо (INEEL), где были предприняты некоторые усилия по сбору достоверных данных. За те пять месяцев, которые Министерство энергетики потратило на рецензию отчета IEER, оно так и не смогло предоставить доказательств наличия технического руководства или методов по обеспечению качества, которые бы оно или его подрядчики использовали для обеспечения полноты информации.

Согласно оценкам, сделанным в единственном выполненном исследовании фактических записей (проведено в Национальной лаборатории штата Айдахо по захороненным ТРУ-отходам), трансурановой радиоактивности было в 9-12 раз больше, чем по предыдущим оценкам. В них содержалось в три раза больше массы трансурановых радионуклидов5 (см. обсуждение в передовой статье на стр. 17). Несмотря на эти поразительные заключения, Министерство энергетики почти не пыталось пересмотреть и усовершенствовать оценки по количествам захороненных ТРУ-отходов на других объектах или пересмотреть свою стратегию по обращению с этими отходами. Потребовалось опубликовать отчет IEER, чтобы Министерство энергетики, по крайней мере, признало, что, возможно, существуют проблемы, заслуживающие внимания.

По имеющимся данным, по-видимому, примерно две трети отходов захоронены в неглубоких колодцах и траншеях (в основном, до директивного прекращения подобной практики в 1970 г.). Оставшаяся треть отходов складирована во временных хранилищах, преимущественно в крытых наземных сооружениях.

Министерство энергетики тратит большую часть своих денег, отведенных на управление ТРУ-отходами, на то, что не является на сегодня первостепенной задачей, - перемещение складированных во временных хранилищах отходов на опытное предприятие по изоляции отходов (WIPP) в штате Нью-Мексико. Из всех ТРУ-отходов, отходы, складированные во временных хранилищах, представляют наименьшую угрозу в кратко- и среднесрочной перспективе, поскольку, в основном, их хранение подвергается мониторингу и они содержатся в крытых сооружениях или находятся в процессе перемещения в такие хранилища. Мониторингу подвергаются вновь производимые ТРУ-отходы, которые также хранятся во временных хранилищах.

В WIPP нельзя поместить те отходы, которые представляют собой наибольшую проблему: захороненные ТРУ-отходы и сильно загрязненную ими почву. Эти отходы угрожают многим жизненно важным источникам воды, включая реку Колумбия и водоносные горизонты Снейк-Ривер-Плэйн и Таскалуса (расположенные под Саванна-Ривер-Сайт). Несмотря на эту опасность, Министерство энергетики не уделяет должного внимания захороненным ТРУ-отходам, почвам, загрязненным ТРУ, а также водным горизонтам, которым они угрожают.

Приоритет, отданный проекту хранилища WIPP, был обусловлен не экологическими соображениями. В этом решении основную роль сыграли политические и связанные с ними юридические обязательства по перемещению складируемых отходов в место постоянного захоронения, принятые еще во времена холодной войны, особенно в отношении штата Айдахо. Обязательства по WIPP, принятые Министерством энергетики, находятся в прямом противоречии с объявленной им политикой, согласно которой наивысшие приоритеты должны отдаваться проектам по устранению или минимизации "неотложных рисков"6. На этом этапе наиболее важной задачей, с точки зрения охраны здоровья людей и окружающей среды, является защита водных ресурсов от дальнейшего загрязнения, а также удаление и стабилизация захороненных ТРУ-отходов и ТРУ-почв.

Немногочисленные попытки, предпринятые Министерством энергетики в отношении ТРУ-отходов, были неадекватными и вводят в заблуждение. Вместо того, чтобы разработать всесторонний план, который бы начинался с тщательной спецификации проблем и детальной проработки технологии, Министерство энергетики впустую потратило большую часть относительно небольших ресурсов, отведенных на решение проблемы с захороненными ТРУ-отходами. Оно продолжает настаивать на остекловывании на месте - крайне неадекватной технологии7. Его проект "Шахта 9", по шахтам на площадке INEEL, - непродуманный эксперимент с "приватизированными контрактами" - привел к огромным затратам, техническим неудачам, конфликтам и нарушениям графиков вместо того, чтобы способствовать решению проблемы снижения рисков, связанных с захороненными отходами.

Обоснование незначительной глубины захоронения ТРУ-отходов основано на предположении, что трансурановые элементы относительно немобильны в окружающей среде. Основываясь на некоторых лабораторных данных и компьютерных моделях, не отражавших полевых данных, Министерство энергетики прогнозировало, что потребуются сотни тысяч лет для того, чтобы плутоний мигрировал на расстояние в несколько десятков метров. Однако на нескольких объектах была зафиксирована быстрая миграция трансурановых элементов. Исследование, проведенное в 1995 г. в Ок-Ридже, показало "значительное и быстрое"8 перемещение кюрия-244, трансуранового элемента. Исследование 1998 г. в Ок-Ридже указывает на то, что загрязняющие элементы проявляют признаки быстрого перемещения, при этом "почва тормозящего действия на миграцию не оказывала"9. На площадке Национальной лаборатории шт. Айдахо, в водных горизонтах поймы реки Снейк-Ривер, в 580 футах ниже места захоронения, был обнаружен другой трансурановый элемент, америций-241. Результаты измерения в скважинах на испытательном полигоне в Неваде показали, что плутоний связывается небольшими ("коллоидными") частицами, которые могут перемещаться на "большие расстояния через трещиноватые вулканические породы"10. Замеры в почве под емкостями с высокоактивными отходами на объекте в Хэнфорде показали, что плутоний мигрировал на "неожиданно далекое расстояние", и на глубине 100 футов было зафиксировано его повышенное содержание.

В свете наших выводов относительно программы Министерства энергетики по управлению ТРУ-отходами, IEER предлагает следующие рекомендации.

1. Министерство энергетики совместно с Конгрессом и заинтересованными штатами должно провести работу, направленную на прекращение программы WIPP и переориентацию программы по обращению с ТРУ-отходами на проблемы захороненных отходов и ТРУ-загрязненных почв. Необходимо продолжать вести наблюдение за отходами, находящимися во временных хранилищах. Программы по обращению с ТРУ- и высокоактивными отходами должны быть объединены в единую программу по отходам, предназначенным для захоронения в хранилищах. Программа по захоронению высокоактивных отходов в Якка-Маунтин должна быть прекращена, и поиск возможностей изоляции как трансурановых, так и высокоактивных отходов от среды обитания человека должен быть поставлен на научную основу.
2. Министерство энергетики должно немедленно разработать программу по оценке объемов и активности захороненных ТРУ-отходов, действуя по аналогии с Национальной лабораторией штата Айдахо. Возможно, все это можно будет смоделировать по материалам изучения проблем, связанных с плутонием и ураном (см. передовую статью).
Министерство энергетики должно отказаться от принятого им на сегодня различия ТРУ-отходов (100 нанокюри на грамм) и иных отходов, в которых содержание ТРУ-элементов несколько ниже (от 10 до 100 нанокюри на грамм) и в дальнейшем рассматривать все отходы, связанные с местами захоронения ТРУ-отходов, как ТРУ-отходы, если не будет предоставлено другого технически и экономически обоснованного объяснения.
3. Министерство энергетики должно изучить целесообразность изъятия захороненных ТРУ-отходов, а также почв, прилегающих к этому участку, и произвести их складирование во временных хранилищах, так же как хранятся ТРУ-отходы, классифицируемые как "складированные во временных хранилищах". Вследствие того, что уже произошло загрязнение почвы и грунтовых вод, вызванное захороненными ТРУ-отходами, а также трансурановыми радионуклидами с большими периодами полураспада, решения о процедурном контроле и установлении колпаков являются крайне неуместными. Невозможно установить процедурный контроль на период порядка даже одного периода полураспада плутония-239 (24 000 лет). Что касается заглушек и колпаков, то они просто закрывают сверху загрязняющие материалы, не обеспечивая их изоляцию от грунтовых вод.
4. Министерство энергетики должно предпринимать более продуманные технически шаги по развитию безопасных технологий хранения ТРУ-отходов с возможностью повторного извлечения. Отдельное внимание должно быть уделено особоопасным материалам, потенциально угрожающим безопасности или здоровью персонала, включая взрывчатые вещества и высокотоксичные материалы, которые могут быть захоронены на ряде объектов.

WIPP: Окончательного решения проблемы ТРУ-отходов не найдено