В Соединенных Штатах эта теория была опробована на практике с некоторым успехом при сокращении выбросов диоксида серы (SO₂) из промышленных источников. Эти источники, как и многие работающие на угле электростанции, являются значительными загрязнителями SO₂, и роль их выбросов сравнительно хорошо известна. Это позволило предприятиям, которым в противном случае грозило закрытие, продлить время на адаптацию к новым более жестким критериям.

Следующие условия необходимы для того, чтобы торговля квотами на сокращение выбросов была успешной:

• Относительная стоимость единицы загрязнения должна быть достаточно велика для того, чтобы создать работающий стимул по сокращению выбросов для всех загрязнителей.
• Необходима прогрессивно возрастающая увязка квот с желаемыми уровнями с тем, чтобы необходимые сокращения были в действительности достигнуты в разумные сроки.
• Источники выбросов должны быть хорошо исследованы, чтобы прогресс в сокращении выбросов мог бы быть надежно измерен. Это - ключевое требование, поскольку в его отсутствие применение принудительных мер будет невозможным и начнут процветать сомнительные схемы выполнения соглашений.
• Переговоры о цене должны вестись между государствами с сопоставимой экономической мощью: только в этом случае торговля будет равноправной.

Все эти условия были выполнены при торговле в США квотами на выбросы SO₂. В целом, они могут применяться на национальном уровне в случае выбросов крупными отраслями экономики. Они также могут стать достаточно эффективными, когда крупные отрасли экономики различных стран напрямую договариваются между собой через границы, хотя в этом случае необходимо учитывать такие факторы, как различия в конвертируемости валют и неравноправные обменные курсы.

В случае с выбросами СО₂, регулируемыми Протоколом Киото, субъектами являются сами страны, а торговля внутри них - вообще не предмет этого документа. (Конечно, в целях выполнения обязательств по Протоколу каждое государство имеет право распределять квоты на сокращение выбросов СО₂ внутри своих границ, но это является прерогативой правительства данной страны и не регулируется документом). Торговля квотами между крупными отраслями промышленности, например, между электростанциями, работающими в большинстве государств-участников Приложения I (или Приложения В), может сработать в случае согласования справедливых цен. Но, поскольку в Приложении I участвуют многие государства со слабыми экономиками и валютами (например, государства бывшего Советского Союза и Восточной Европы), такая торговля может быть неравноправной. Более того, в период до 1990 г. данные по выбросам крупными предприятиями в бывшем СССР и в Восточной Европе могут быть во многих случаях недостаточными и неточными. Наконец, соответствие этих данных требованиям следующего десятилетия может оказаться крайне спорным, учитывая значительные изменения, произошедшие там после 1990 г.

Если торговля квотами между государствами-участниками Приложения I в целях "совместного выполнения" представляется проблематичной, это в еще большей степени касается торговли между государствами-участниками Приложения I и развивающимися странами. Помимо соображений количественного измерения и мер принуждения, проблема равноправия здесь играет исключительно важную роль. Выбросы СО₂ являются результатом деятельности, прежде всего, промышленно развитых держав. Однако права на выбросы основаны на уровнях 1990 г., что создает возможности извлекать наибольшую выгоду из торговли квотами для тех, кто создал саму проблему. Государства с наиболее низким уровнем потребления ископаемого топлива получат наименьшие выгоды, несмотря на то, что их роль в создании проблемы невелика. Это стало основной причиной отказа этих стран в рамках Протокола Киото на установление для себя верхних пределов выбросов. Таким образом, по крайней мере, до следующей встречи, намеченной на ноябрь 1998 г. в Аргентине, остался открытым вопрос о том, какими реальными правами по торговле квотами будут располагать развивающиеся страны.

Если право на выбросы основывалось бы на душевом принципе, как это предлагалось многими в развивающихся странах, возможности совместного выполнения были бы значительно расширены, равно как и экономические выгоды при реализации данной стратегии.

Предложения по включению в "совместное выполнение" секторов экономики, помимо промышленности, создавало дополнительные проблемы. В частности, для нейтрализации выбросов в промышленно развитых странах предлагалось сажать леса в развивающихся государствах и использовать сельскохозяйственные отходы для производства электроэнергии. Эти предложения мало подходили для совместного выполнения, поскольку не соответствовали ряду изложенных выше условий. Во-первых, при обсуждении подобных планов неравноправное положение участников переговоров весьма очевидно, что усугубляется тем обстоятельством, что представители высших слоев государств, общество которых в сильной степени разделено по классовому признаку, вели бы переговоры от лица фермеров и других бедных слоев населения.

С технической точки зрения достигнутые договоренности также вызывают сомнение. В качестве наиболее простого примера можно привести следующий: дерево способствует сокращению концентрации СО₂ только в период роста. После этого сокращение или увеличение двуокиси углерода зависит от конкретных условий. Кроме того, необходимо принимать во внимание выбросы и других парниковых газов - оксида азота и метана. Требуется ли в данном случае насаждение лесов? Каким образом можно подсчитать естественные изменения в лесных территориях в течение времени? Неясно, как все это влияет на подсчеты концентрации парниковых газов.

Присутствует и вопрос о земле. Большинство развивающихся стран не располагает большим количеством продуктивных угодий. Земли общего пользования, а также частично облесенные территории часто используются бедными слоями населения для выпаса скота, в качестве источника древесного топлива и строительных материалов, а также для других целей. Монетаризация указанных угодий путем вовлечения их в проекты по совместному выполнению угрожает лишить миллионы человек в беднейших странах доступа к основным ресурсам, несмотря на то, что эти народы не создают проблему парниковых газов в ее нынешнем виде.

Даже привлекательные на первый взгляд проекты при более внимательном рассмотрении оказываются весьма спорными. Например, проект по использованию багасса (органического материала, остающегося после извлечения сока из сахарного тростника) для производства электроэнергии в Индии может привести к катастрофическим последствиям. Уже сейчас этот материал используется для различных целей, в том числе и для производства электроэнергии. Необходимость производить больше багасса для электростанций потребует увеличения посевов сахарного тростника - в ущерб пищевым культурам. Кроме того, во многих индийских регионах багасс используется для приготовления коричневого сахара-сырца "гурдх" в традиционных печах (такой сахар весьма вкусен). Совместное выполнение способно погубить эту традиционную индустрию, которая дает работу большому количеству населения, и еще больше увеличить уровень безработицы в традиционно депрессивных сельскохозяйственных районах.

Таким образом, совместное выполнение имеет ограниченные перспективы. Возможно оно может привести к некоторой экономической выгоде для мирового сообщества. Однако меры, предпринимаемые в данном направлении, следует тщательно продумать - и не так, как это делалось до сих пор. Проекты по совместному выполнению должны носить равноправный характер, их результаты - поддаваться количественному измерению; они также не должны наносить ущерб беднейшим странам.