Многие важнейшие аспекты безопасности, экологии и экономики, которые могут оказать воздействие на выживание человечества и его благополучие в течение грядущих столетий, можно объединить одним словом: энергия. Возродится ли ядерная энергетика в XXI веке в целях противодействия парниковому эффекту, который угрожает значительно изменить климат нашей планеты? Расширится ли коммерческое использование плутония в качестве источника энергии, что создаст большую угрозу для поддержания режима нераспространения? Не окажется ли поток нефти из Персидского залива (линия жизнеобеспечения Запада, проходящая вне его) прерванным конфликтами вокруг вопросов, связанных с ядерным оружием и другими видами оружия массового уничтожения?

Эти вопросы отнюдь не новы. Например, в период "холодной войны" некоторые из написанных в Пентагоне сценариев ядерного конфликта начинались с кризиса в регионе Персидского залива - Западной Азии, который затем распространялся на Европу. Во время второй мировой войны значительная часть стратегии вращалась вокруг контроля за нефтяными ресурсами, которые обеспечивали жизнедеятельность военных машин всех сторон. Японо-американский конфликт, формально разразившийся после японской бомбардировки Перл-Харбора, в действительности велся за контроль над нефтяными ресурсами Индонезии, в то время колонии Нидерландов¹. Союзная стратегия во время второй мировой войны была частично направлена на предотвращение доступа Германии к богатым урановым ресурсам Бельгийского Конго².

Прошлое также обозначило экологическое измерение энергетики. Широкомасштабное сжигание угля в крупных городах привело к ужасающим случаям загрязнения атмосферы, например, в Лондоне (в настоящее время, и в некоторых городах Китая). Серьезные последствия от распространения таких продуктов распада, как иод-131 и цезий-137 в результате аварий на АЭС стали одним из основных опасений по поводу развития ядерной энергетики. Во многих районах мира имело место существенное загрязнение в результате добычи угля и урана. Большая обеспокоенность связывается с плутонием-239, который в значительных количествах нарабатывается на АЭС и не только используется при производстве оружия, но и обладает длительным периодом полураспада (24000 лет) и высокой радиоактивностью.

В настоящее время политические, военные и экологические аспекты данных проблем оказались в беспрецедентной степени взаимозависимыми. Ниже приводятся их некоторые характеристики:

• Накопление газов, вызывающих парниковый эффект (двуокиси углерода, метана, оксида азота и галоуглеродов) достигло уровня, при котором глобальное изменение климата становится весьма вероятным. Расширение использования атомной энергии с целью предотвратить катастрофические изменения климата поддерживается в настоящее время не только ядерной индустрией, но и рядом правительств, некоторые из которых относятся к наиболее богатым и могущественным.

• Коллапс Советского Союза и последовавший за этим экономический кризис в регионе привел к растущим опасениям, что ядерное оружие или оружейные ядерные материалы, как военного, так и гражданского назначения, могут оказаться на черном рынке.

• Соединенные Штаты, Россия и другие ядерные государства предлагают, чтобы избыточный военный плутоний использовался в качестве топлива в гражданских реакторах. Более того, несмотря на негативные экономические, экологические и нераспространенческие характеристики плутония, влиятельная бюрократия из нескольких стран поддерживает продолжение эксплуатации радиохимических предприятий (Франция, Великобритания, Россия, Япония, Индия). В то же время, в политически и экономически влиятельных кругах США вновь возник интерес к выделению плутония из отработанного топлива АЭС.

• После иранской революции 1979 г. регион Персидского залива стал ареной серьезного долговременного военного кризиса; в 80-е гг. там имела место ирано-иракская война, нападение Ирака на Кувейт в 1990 г., война в Заливе 1991 г., иракские программы по созданию оружия массового уничтожения и санкции ООН против Ирака.

• Значительная доля мировых запасов природного газа, который должен использоваться для предотвращения парникового эффекта, находится в регионах Персидского залива и Средней Азии, на территории и шельфе таких государств, как Азербайджан, Иран, Казахстан, Саудовская Аравия, Ирак и Катар. Эти же страны относятся к числу обладателей крупнейших в мире запасов нефти. Поэтому безопасность транспортировки природного газа, который имеет жизненно важное значение как с точки зрения энергообеспечения, так и борьбы с парниковым эффектом, стала дополнительной проблемой безопасности в регионе.

Эти проблемы настолько взаимопереплетены, что важнейшие решения могущественных правительств и корпораций в одной из областей, скорее всего, окажут долговременное и значительное воздействие на все остальные сферы. Наш анализ глобальной ситуации привел к выводу, что невозможно предоставить надежную информацию и анализ последствий развития ядерной промышленности в сфере безопасности, здравоохранения и экологии без рассмотрения более широких проблем энергетики.

Сотрудники IEER обладают значительным опытом в вопросах энергетики и изменения климата (включая защиту озонового слоя), хотя для многих наши работы в этих областях менее известны, чем наши исследования в сфере ядерного оружия. Большая часть моей работы в 70-е гг. и значительная ее часть в 80-е и 90-е гг. была посвящена указанной проблематике. IEER выпустил ряд докладов по защите озонового слоя - например, "Спасти нашу кожу" (Saving Our Skin), фундаментальный анализ химических причин истощения озона, подготовленный в 1987 г., и работу "Закрыть озоновую дыру" (Mending the Ozone Hole), опубликованную в 1995 г. издательством MIT Press. В 1998 г. IEER планирует объединить исследования в данной области с работами по воздействию ядерного оружия на экологию и безопасность, которые являлись основным фокусом наших периодических публикаций в прошлом.